«Близкие меня о работе не спрашивают»
Рабочий стол следователя Юлии Глобы. Фото: Даниил Лихачев / «Русская планета»

Рабочий стол следователя Юлии Глобы. Фото: Даниил Лихачев / «Русская планета»

«Русская планета» провела один день со следователем СК РФ по Кемеровской области

В Следственном комитете Ленинского района города Кемерова работает не больше 10 человек. Несколько следователей, секретарь и руководство отдела. Здесь тихо и спокойно, что кажется странным, учитывая специфику расследований, которые проводят в этих стенах. Большая часть уголовных дел связана с насилием и убийствами.

Старший лейтенант Юлия Глоба в Следственном комитете работает четвертый год, с тех пор, как закончила вуз. За это время ей приходилось сталкиваться с самыми разными преступлениями и людьми, которые их совершали.

Сегодня она работает дежурным следователем по Ленинскому району города.

– День на день не приходится. Возможно, что ничего вообще не случится. Конечно, мы не сидим, сложа руки, в ожидании происшествия, работа есть всегда, но вряд ли она будет интересна читателям, — говорит Юлия после нашего знакомства.

Подшивая материалы уголовного дела, сотрудница Следственного отдела рассказывает о том, как она вообще попала структуру СК РФ. В школе она училась на «четыре и пять», всегда увлекалась историей и правом. Точные науки ей давались тяжелее. В седьмом классе Юлия поняла, что хочет стать следователем прокуратуры. Стала углубленно изучать уголовное право, а после окончания школы поступила в университет на юридический факультет. Еще во время учебы, на четвертом курсе она стала общественным помощником следователя в Кемеровском районе. Гарантий того, что после этого можно будет стать полномочным сотрудником ведомства, ей никто не давал. Все зависит от самого человека, и того, как он проявит себя и свои знания. Рассказать о контрольном экзамене она пообещала после того, как мы съездим к потерпевшей для проведения следственного эксперимента.

«Не ты, а вы»

Ленинский район Кемерова вряд ли можно назвать самой криминальной частью города. Но количество происшествий здесь и, правда, немного выше, чем в других районах. Виною тому общежития, которых больше всего именно здесь.

Каждому россиянину знаком запах лестничной клетки с мусоропроводом, а бабушки на вахтах лишь дополняют общий антураж. К одному из общежитий нас подвозит сотрудник полиции, сопровождающий следователя во время следственной работы с потерпевшими или другими фигурантами дел. Поднявшись на шестой этаж, мы сталкиваемся с двумя женщинами неопределенного возраста.

– Я ничего говорить не буду сейчас. Мне банки отнести надо бабушке, — сходу заявляет женщина и пытается пройти к лифту.

– Нам надо провести следственный эксперимент, это займет не больше получаса, — поясняет ей причину приезда следователь.

– Да мне ***** (Все равно. — Примеч. РП), я тебе уже сказала, что у меня дела свои есть, — переходит на крик женщина, несмотря на присутствие сотрудников в форме.

– Во-первых, не ты, а вы. А во-вторых, мы не в первый раз уже приходим, а вас или дома нет, или вы не в том состоянии, — снова отвечает ей Юлия Глоба.

– Ладно, пошли, — тут же успокаивается женщина и, громыхая банками, исчезает в коридоре общежития, увлекая за собой спутницу.

Женщину зовут Катя. Когда-то она отбывала срок в колонии за грабежи и кражи, а теперь живет с мужчиной в общаге и нигде не работает, только пьет. Ее спутница, баба Валя — соседка, которая проходит по делу как свидетельница. Сотрудница поясняет, что в поле зрения СК дело попало, потому что Конституционные права Кати были нарушены.

Катя. Фото: Даниил Лихачев / «Русская планета»

Катя. Фото: Даниил Лихачев / «Русская планета»

В середине июня пьяная Катя уснула на полу комнаты, а баба Валя, зашедшая проверить соседку, решила закрыть дверь своими силами. Она взяла полотенце, накинула его и прижала к косяку. Естественно, что приоткрытая дверь заинтересовала других обитателей дома, которые и зашли к женщине в комнату. Никто ничего не взял, но Катю, проснувшуюся в компании неожиданных гостей, сильно избили.

Описание того, как баба Валя закрывала дверь, следователь тут же заносит в протокол. Какие-то моменты просит повторить, что-то уточняет, при этом внося показания в материалы дела. На обратной дороге к лифту, мы вновь встречаем Катю, но уже без банок. Следователь предлагает ей проехать в отдел для дачи пояснений, но та отказывается, и заявляет, что добровольно никуда не пойдет.

В лифте Юлия Глоба замечает, что такое не редкость. Сначала граждане обращаются за помощью в комитет, следователи возбуждают дело, а потерпевшие не приходят для дачи показаний. Спустя какое-то время, по словам следователя, потерпевшие начинают возмущаться, что никто не занимается расследованием преступления. Также она рассказывает об одном таком мужчине, над делом которого сейчас работает. Он требует, чтобы подозреваемые возместили ему моральный ущерб суммой в миллион рублей. Но при этом не ходит сам на следственные мероприятия — уже четыре раза проигнорировал требования следователя. Из-за этого, по ее словам, нередко приходится прибегать к помощи сотрудников полиции, доставляющих нерадивых потерпевших в отдел.

Не успев выйти из общежития, следователь отвечает на телефонный звонок от оперативного дежурного полиции. Тот сообщает, что в следственном отделе уже ждет женщина, которую якобы накануне ночью изнасиловали. Следователь воздерживается от комментариев, мы тут же садимся в служебную машину и едем в отдел.

Когда мы заходим в отдел я замечаю в коридоре потерпевшую. На девушке — старенький спортивный костюм, она слушает радио на простеньком телефоне. Следователь открывает дверь, и мы все вместе проходим в кабинет. Оказывается, что Юлия уже общалась с этой девушкой. Живет потерпевшая в коммунальном общежитии. От обычного оно отличается тем, что санузел находится не в комнате, а в конце коридора. Чтобы помыться или сходить в туалет, необходимо выйти на этаж. Иногда приходится ждать своей очереди несколько минут. Именно в такой душевой, по первоначальным показаниям девушки, мужчина на нее напал. Но пришла она не для прояснения каких-то деталей.

– Я хочу забрать заявление, — говорит она, глядя в пол.

– Вы же только утром его написали. Он запугал? Угрожал? — пытается узнать у нее следователь.

– Нет, все было по обоюдному согласию, — отвечает девушка, не поднимая глаз.

– А для чего тогда вы обращались за помощью? — интересуется следователь.

– Ну, вот пока ездила на медицинское освидетельствование, подумала и решила, что не хочу всего этого. Я могу отказаться от подачи заявления? — резко отвечает девушка, после чего следователь просит меня оставить их наедине.

Девушка из общежития. Фото: Даниил Лихачев / «Русская планета»

Девушка из общежития. Фото: Даниил Лихачев / «Русская планета»

Через 20 минут потерпевшая выходит из кабинета и исчезает на улице.

– Вот, видите? Она подумала и теперь поясняет, что Царь не виноват и не применял в отношении нее насилия, — говорит мне следователь, когда я захожу в кабинет. — Потерпевшая отказалась от подачи заявления, привлекать к ответственности она его не хочет.

На мой вопрос, кто такой «Царь», Юлия отвечает, что это житель той же коммуналки. Он частенько попадает в поле зрения правоохранительных органов, но с завидным постоянством избегает реальных сроков осуждения. Кличку он получил благодаря своей фамилии.

«Мы не желаем спокойной ночи»

Пока выдается свободная минута, дежурный следователь предлагает сделать перерыв. За чашкой кофе Юлия продолжает рассказывать о начале своей работе.

Пробыв в общественных помощниках около года, она стала кандидатом в следователи. Отбор строгий. Сразу отсеиваются те, у кого родственники находились под следствием или отбывали наказание в колониях. Если с этим все чисто, то начинается психофизиологическая проверка. Каждого кандидата проверяют с помощью полиграфа и проводят тесты на стрессоустойчивость. Когда все обследования пройдены, остается последний экзамен, который принимают сотрудники высших чинов Следственного комитета.

– По моим ощущениям, защита шла часа два, хотя на самом деле прошло не больше получаса. Спрашивали абсолютно все. На дачу ответа было не более минуты. В тот день нас защищалось около 15 человек, но приняли только троих, в том числе и меня.

– Работа в органах как-то сказывается на личной жизни?

– Работа следователя — это скорее образ жизни, многим приходится жертвовать ради нее. Люди, которые далеки от этой работы, не понимают, как можно девушке в –30 Со спускаться в подвал, где кто-то обнаружил тело бездомного.

Часами можно описывать место преступления, несмотря на дождь, снег, град или жару. Нас, например, могут поднять среди ночи и отправить на поиски ребенка, пропавшего накануне в лесу. Да и не только ребенка, всякое бывает… Могут позвонить и вызвать на место преступления. Это на словах кажется, что легко, но выдержать близким такое сложно.

– Что вам больше всего запомнилось из имеющейся практике работы в комитете?

– Когда только начинала работать, мы приехали в обычный жилой дом в пригороде Кемерова. В квартире нашли тела матери и ее взрослого сына. Он инвалидом был, около 30 лет вообще не выходил из квартиры. Мы зашли в помещение, но еще в подъезде почувствовали неприятный запах. Соседи потом говорили, что он около недели кричал: «Мама, мамочка!» Никто этому значения не придал. Через месяц только решили в полицию обратиться, вскрыли дверь, а там они… Это было один первых материалов проверки, поэтому он наверное мне и запомнился.

– Из-за чего они умерли?

– Причину гибели установить тогда не удалось, но во время проверки стало известно, что женщина страдала рядом заболеваний, которые могли привести к смерти, а ее сын был недееспособен и из-за этого мог умереть от голода. Больше всего поразило безразличие окружающих людей, которые за неделю никак не отреагировали на крики.

– Вы верите в приметы?

– Мы не желаем друг другу спокойной ночи. Я имею в виду тех, кто на дежурстве. Стоит это сказать, как обязательно что-то случится. А вообще чаще всего следователи не суеверные.

– Не страшно так часто работать с покойниками?

– Нет, это работа. Конечно, нелегко видеть трагедии людей. Задавать вопросы родственникам, у которых горе.

– Бывает, что вы сочувствуете подозреваемым?

– Конечно. Жаль людей, чью судьбу портит пристрастие к алкоголю или наркотикам. Помню один случай, связанный с мужчиной 45 лет. У него вообще все сложно в жизни было, но в целом он хороший человек, положительный. Он домой возвращался, кто-то на него напал. Мужчина неловко ударил и убил. Сильно раскаивался, заметно было, что переживал. Ему в итоге три года колонии дали. Чаще всего происходят бытовые преступления. Например, из-за ревности. К сожалению, многие люди привыкли решать свои проблемы с помощью ножа.

– В таком небольшом городе приходилось расследовать преступления, где фигуранты были друзья или близкие?

– Слава Богу, нет. У нас в таких ситуациях вообще самоотвод положено делать. Кстати, друзья и знакомые стараются не спрашивать ничего о моей работе. Все ли нормально, и не более того. С родителями примерно так же. Я же не могу на вопрос, как у меня дела, отвечать что-то типа: «Пять трупов и два изнасилования».

В начале десятого вечера следователь отправляет меня домой, пообещав позвонить, если что-то случиться. На следующее утро она мне сказала, что за ночь никаких происшествий в Ленинском районе города не было. 

Читайте в рубрике «Титульная страница» В очередь…Дмитрий Дюжев позволил себе неосторожные высказывания о культурном уровне отечественных зрителей и был обвинен в унижении достоинства россиян В очередь…

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Не пропустите лучшие материалы!
Подпишитесь на «Русскую планету» в социальных сетях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»