Сказка о бездонных копях
Тельбесские рудники. Фото: Павел Лавров / «Русская планета»

Тельбесские рудники. Фото: Павел Лавров / «Русская планета»

Заброшенный рудник в Кузбассе стал экстремальным аттракционом для туристов

Тельбесское месторождение железной руды было заброшено сразу после окончания Великой Отечественной войны. Долгое время старые выработки пустовали и были лишь труднодоступной достопримечательностью для редких гостей-краеведов. Теперь жители окрестных таежных поселков осваивают новый промысел — стараются извлечь выгоду из любопытства приезжих. Пройти по старым каменоломням с экскурсоводом из местных жителей — экстремальное развлечение.

Самоцветы Тельбеса

Это только рудник давно заброшен. А сам поселок живет и здравствует. Дома стоят капитальные, добротные. Как будто и не глухомань кедровая кругом. Крайний дом в заречье — сказочный теремок на берегу реки. Сразу видно крепкого хозяина: забор без щербин в штакетинах, грядки и палисадник ухоженные, тропинки выложены плоскими камушками. Даже за сараем — ни следа вездесущих и неуничтожимых зарослей крапивы и чертополоха. У дома припаркован «правильный» внедорожник — для дела, а не для того чтобы хвастаться большой машиной.

– Ну, сходите, посмотрите, — кивает Василий Егорович, перекидывая через загорелое дочерна плечо пляжное полотенце.

Василий Егорович купается в Тельбесе-речке. Вода там хоть и мутная, как в любой таежной тиши, но берега чистые. Чего не скажешь об одноименном озере, образовавшемся на месте затопленного рудника.

До самого карьера осталось топать всего ничего: минут пять по заросшей гравийке, а потом взобраться на насыпь. Камни под ногами мелкие, норовят осыпаться. Там был старый отвал рудника, до сих пор видно, что все без исключения холмы кругом — рукотворные, хотя тайга уже 70 лет старается затянуть эти раны. Рекультивацию в послевоенные годы никто не проводил, но природа свое берет, и изодранные в клочья склоны горы постепенно затягивает зарослями. По большей части — ива, березы да черемуха, но есть и несколько сосен. Черемуха, кстати, сильно тормозит продвижение: ягоды созрели и начинают осыпаться. То и дело останавливаюсь у низко повисших веток. Рот уже стянуло оскоминой.

– Добрейшего дня и всяческого благополучия! — раздается с обрыва надо мной. Там стоит паренек в выгоревшей на солнце кепке и с мотком веревки через плечо. — Погоды сегодня на удивление сказочные!

– И вам доброго дня и всевозможных радостей! — невольно подхватываю велеречивость незнакомца. — Вы в рудник?

– А куда тут еще? — удивляется парень. — Люблю я эту суету, знаете ли…

– Ты идешь, нет?! Сколько ждать?! — резко окрикивают парня из-за холма, и он, улыбаясь еще дружелюбнее, машет рукой на прощание и скрывается за камнями.

Тельбесский рудник — место своеобразное. Технологические выработки здесь велись в 30-х и 40-х годах прошлого века. Никаких добычных комбайнов, естественно, не было и в помине. В скалы вгрызались по старинке: с кайлом, лопатой, вагонетками на мускульной тяге. Поэтому и пробитые в горах ходы лабиринта выглядят скорее как муравейник или улей, а не как что-то рукотворное.

С первого же гребня открывается величественная панорама. Огромная воронка в скалах. Северная стена зияет провалами черных входов и выходов в подземелье. Южные склоны истерты в щебень взрывами и оползнями. В самом низу, прямо по центру воронки — водная гладь. Говорят, у этого озера нет дна.

Озеро без дна. Фото: Павел Лавров / «Русская планета»

Озеро без дна. Фото: Павел Лавров / «Русская планета»

Даже если бы здесь не было рудника, а имелось лишь это озеро, оно все равно стало бы местом паломничества туристов. Цвет водоема уж больно занятный. Насыщенный изумрудный — летом при ярком солнце, ярко-бирюзовый — при пасмурной погоде. Такой окраской озеро обязано окрестным скалам. В породе тут и там видны прожилки и вкрапления серпентина — змеиного камня. В просторечье его так и называют — змеевик. Это самоцвет.

Ниточки серпентина в породе — очень тонкие. Не стоят выделки. На берегах бывшего карьера серпентин валяется под ногами в виде каменной крошки, пыльного щебня. Подбираю красивый камушек с яркими зелеными волнами. Если их потереть, понятно, почему змеевик так назвали: окраска очень похожа на пеструю расцветку змеиной шкуры.

– Пробовали одно время их под добычу приспособить. Из них какие-то огнеупорные материалы получаются, напыление, — рассказывает местный житель дядя Миша, от скуки, не иначе, вызвавшийся показать мне дорогу до заброшенных копей. Денег за экскурсии здесь брать не принято. Впрочем, у туристов считается хорошим тоном угостить своего провожатого, пригласить его к вечернему костру. — Но не вышло. Жилы нет богатой. Мало тут его. Еще меньше, чем руды. Так и шел он тут — в породу, в отвал, в отходы. Не представляет экономической ценности.

– А местные не собирают его?

– Был камнерез, — пожимает плечами дядя Миша. — Копался, собирал, потом дома наждаком шлифовал. Красиво получалось. Но он так — для себя. Для эстетики. А теперь и он уже сюда не ходит. Старенький совсем стал по косогорам прыгать.

«Всех и всё законсервировали»

У противоположного берега над самой кромкой воды нависает черный провал явно рукотворного грота. Похоже, и здесь имеется один из многочисленных входов в тельбесское подземелье.

– Там, под водой — тоже выработки?

– Конечно. Вся скала изрыта. Метров на триста вглубь. Как рудник забросили, откачку прекратили. Его за несколько лет и обводнило. Те ходы, что сверху остались — вон они, над нами, их частью взорвали, но в основном они сами осыпались. От времени. Крепежа-то почти и не было никакого. А там, под водой, не взрывали. Но тоже, наверное, все позавалило. Кто его знает? Не нырял никто, чтобы смотреть, — дядя Миша, рассказывая, скупо жестикулирует, время от времени кидая в лазоревую воду камушки. Круги от всплесков ритмично плещут в прибрежные камни. Чавкающий хлюп воды о скалу отзывается звонким эхом: все-таки мы сидим на дне каменной трубы высотою несколько десятков метров.

– Я здесь плавать не люблю, — признается он, слегка поеживаясь.

– Холодно?

– Конечно, холодно. Что ты хотел? Глубина такая. Полметра солнцем прогреет, а ниже — лед. Но не в этом дело. Как подумаешь, что под тобою дна нет, как-то не по себе становится.

Про бездонное озеро слышу уже не в первый раз. Это одна из самых распространенных легенд о Тельбесе. Мол, даже находились энтузиасты, пытавшиеся достать до дна с помощью лага — груза на веревке. Но не смогли, даже связав между собой несколько альпинистских «ниток», каждая из которых — 40 м в длину.

– А серьезно, какая здесь глубина?

– Да кто как брешет, — морщится дядя Миша. — Кто говорит 300 метров, кто 80. Кто ж считал? Реальную глубину никто и не знает, поди-ка. Вот что ледник на дне лежит — это наверняка. Не может не лежать. Чуешь, скалы стылые? — он трогает ладонью прибрежный скальник. — Никогда не прогреваются. А вообще брехни тут много про Тельбес насобирали. И врут уже лет 70. Так до чего дошло: кто говорит, рудник на случай войны законсервировали. Кто-то бает, что тут обвал был страшный, кучу народу позавалило, и где-то там внизу сотни людей народу лежат. Даже говорят, что пленных немцев после войны сюда загнали и специально всех завалили и затопили — чтоб не париться.

– Каких таких пленных немцев? — удивляюсь я, этой «сказки» про Тельбес я еще не слышал.

– Ну, здесь же неподалеку лагеря были для военнопленных. После Отечественной. Они тут и на рудниках работали, и железку на юг тянули. Мост арочный видел, как к нам ехал? Вот его тоже немцы делали.

Арочный железнодорожный мост через реку Мундыбаш на самом деле выглядит не по-местному — сложенный из дикого камня, он смотрелся бы органично в Европе. Да и про трудовые лагеря военнопленных в Кузбассе — не совсем сказка. Были они, это подтверждено и документами, и воспоминаниями старожилов. Вот только все сведения — обрывочные. Долгое время эта информация строго охранялась.

– Так что про немцев говорят? — подначиваю умолкшего дядю Мишу.

– Ну, вроде они строили «чугунку» на Таштагол. Там же как раз рудники открыли — Шерегешский, Таштагольский, в Казе рудник. Надо же было в Новокузнецк вывозить руду на КМК? Вот. А когда «железку» построили, то две проблемы сразу встало: куда пленных деть и зачем теперь нужен Тельбесский рудник. Руда-то здесь бедная по сравнению с тем же Таштаголом. Да и вывозить ее откуда легче? Там хоть железка есть. Ну и вроде как решили одним махом две проблемы сразу. Всех и всё законсервировали, — дядя Миша делает рубящий жест ладонью.

Долго размышляю над правдоподобностью такой версии. Вывозить руду из Тельбеса на самом деле прекратили после того, как появилась устойчивая альтернатива в виде легкодоступных и богатых рудников на юге области. К тому же здесь был сложный и капризный рельеф. От рудника до обогатительной фабрики в ближайшем крупном поселке Мундыбаше пришлось протянуть грузовую канатную дорогу — 7 км напрямик, почти рекорд для тех лет. А вот о массовом захоронении военнопленных слышу впервые.

– Что, поверил? — толкает меня в бок дядя Миша и начинает противно хихикать. — Это ж байка! Туристов дразнить! Чтобы уши развесили и рты пооткрывали! Ты мне налей, так я тебе еще и про инопланетян сказки расскажу!

Прощаюсь с провожатым тут, внизу, у озера. К лабиринту заброшенных штолен он идти отказывается, ссылаясь на занятость и скуку: он-то там давно уже все изучил. Напоследок советует мне поглядывать на стрелочки. Уточнять отказывается, отмахиваясь: «Увидишь».

Каменный лабиринт

Поднимаюсь на гребень старого отвала и сразу вижу группу на экскурсии: давешний разговорчивый паренек, сыпавший красивыми словами, дает туристам советы по безопасности. Люди далеко, но акустика каменного мешка позволяет ясно расслышать каждое слово.

– Старайтесь не стоять долго на одной ноге. Осыпь проскальзывает. Если делать маленькие шажочки, но быстро, вы будете продвигаться. Будете притормаживать — скатитесь назад.

Экскурсовод показывает пример: часто семенит ногами и на удивление резво взбирается по склону, засыпанному мелким щебнем. Две девушки и взрослый мужчина пытаются повторить его манеру передвижения. У девушек получается лучше.

Экскурсовод оборачивается, видит меня и начинает призывно махать руками:

– Слева! Слева вход, там есть сквозной лаз! — доносится до меня издали. Поднимаю вверх руки: услышал.

Подземелье встречает меня сыростью и звонкой капелью. Из-за резкого перепада температур изо рта вырывается облачко пара. В лужи на полу каменоломни падают с потолка капли воды, просачивающейся сквозь коренную породу. Освещение скудное, свет пробивается через отдаленные входы-выходы на поверхность. Как только глаза привыкают к темноте, с удовольствием замечаю, что ходить по лужам не придется: кто-то заботливо выложил из плоских крупных камней цепочку «островков» — брод. К скользким стенам прикасаться не хочется. По ним стекает ледяная вода. Потолок низкий, но не настолько, чтобы я боялся разбить лоб в полумраке. Вполне можно ходить в полный рост. Поднимаю руку. Да, человек среднего роста с киркой в руках как раз до этого уровня и достанет.

Лабиринты. Фото: Павел Лавров / «Русская планета»

Лабиринты. Фото: Павел Лавров / «Русская планета»

Шаги отзываются эхом, пару раз оскальзываюсь на мокрых камнях, намочив-таки кроссовки. Коридор обрывается внезапно: впереди завал из крупных камней, сверху — совсем небольшая щель, куда сложно просунуть даже руку. Зато справа — ответвление хода. Чуть более узкий лаз ведет куда-то за угол. Делаю пару шагов в единственно возможном направлении и вижу, как вокруг постепенно светлеет. Еще через несколько метров оказываюсь перед осыпавшимся выходом. Здесь скала треснула капитально, зато в осыпи протоптана канавка — тут явно место хоженое, не раз и не два здесь протискивались люди.

Выходить наверх — как будто выныривать из холодной воды. Кожа сразу ощущает контраст температур. Подставляю лицо солнцу. Вроде бы под землей и не холодно, да и пробыл я там недолго, а замерзнуть успел.

– Если вам в большой грот, то вам направо, смотрите по стрелочкам, — раздается голос жизнерадостного парня-экскурсовода откуда-то сверху. Он стоит на пару ярусов лабиринта выше, нас разделяет метров двадцать по вертикали. Зато здесь мы уже можем говорить, не напрягая голосовые связки. Продравшись сквозь первый коридор подземелья, я оказываюсь на северном склоне, гораздо ближе к главным закоулкам «муравейника».

– Что за стрелочки?

– Да вот же, на камнях. Светоотражающей краской. Там и цифры с маршрутами отмечены, — показывает паренек. Приглядываюсь. Да, стены вокруг исписаны сакраментальными надписями в жанре «Киса и Ося здесь были», но среди них явно проступают указатели. «БГ1» и стрелочка снизу — как я понимаю, маркировка лаза в Большой Грот.

Если человек хоть раз в детстве играл в «казаки-разбойники», в Тельбесских копях он не заблудится. Лабиринт хоть и запутанный, но вполне логичный: вокруг главного ствола выработки спиралью шел основной коридор копей, от него в стороны то и дело отходили лазы поменьше. Когда все это обрушилось, большая часть выработок оказалась заваленной, другая — отрезанной, но что-то уцелело. Например, лаз под названием «Швейцарский сыр» доступен только людям, у которых имеется альпинистское снаряжение, иначе к висящим над пропастью проходам не подобраться.

Пролезая сквозь узкий шкуродер между двумя валунами, ловлю себя на мысли, что вернуться обратно с первого раза не смогу: слишком запутанно. Да и найти эту щель между скал будет непросто. Оглядываюсь, чтобы поискать надежные приметы, и улыбаюсь: не я первый здесь боюсь заплутать. Над скрытым лазом, который издали и впрямь сливается с каменным крошевом, все той же несмываемой эмалью крупно написано с ошибкой: «EXITE».

Фото: Павел Лавров / «Русская планета»

Фото: Павел Лавров / «Русская планета»

– Сударь, вы на полпути! — эхом отражается от стен каменоломни ставший уже привычным голос. — В Большом Гроте имеется лаз на самый верх, но он доступен лишь сильным! Держите прямо и никуда не сворачивайте!

Юноша стоит уже на верхней кромке рудника. Под ним практически вертикальный обрыв. Если считать до озера — метров полтораста точно.

– Отойди от края! — кричит ему кто-то из девушек, которых он привел на экскурсию. — Отойди! Я на тебя даже смотреть боюсь!

– Да что вы, сударыня! Мне абсолютно ничего не угрожает, я человек к местным реалиям привычный… — доносится до меня.

Латынь, Маяковский и Данте

Большой Грот — это место, где сошлись сразу несколько разрушенных коридоров копей. Отсюда, как из диспетчерского пункта, расходятся в стороны темные провалы подземных лазов. Стрелочки, кстати, закончились. Видимо, дальше нужно искать самому. Проход на самый верх обнаруживается прямо по центру. Скала только на первый взгляд неприступна, на самом деле к входу в нужное подземелье ведет удобная скальная «лесенка» чуть левее — каждый выступ на камнях отполирован до блеска многочисленными подошвами тех, кто карабкался до меня.

Был бы я умнее, пошел бы в копи с фонариком. Тут естественного освещения уже не хватает — слишком далеко от ближайших ходов на поверхность. На ощупь разворачиваюсь и начинаю двигаться назад — к свету в конце тоннеля. Немножко обидно: этот лаз — один из наиболее сохранных. Тут даже рельсы для рудничных вагонеток на полу уцелели, хотя в местах обвалов их и закрутило в рваную спираль.

Решаю отдохнуть перед возвращением. При желании в камнях можно устроиться не хуже, чем в удобном кресле. Над головой снуют стрижи, на потолке грота густо налеплены их «бумажные» гнезда. А вот летучие мыши сейчас еще спят. Стараюсь высмотреть на потолке и стенах местную фауну и постепенно увлекаюсь чтением «наскальной живописи» от туристов.

Во-первых, нет ни единого бранного слова. Во-вторых, даже признания в любви посетители копей стараются писать не уравнениями «П+А=Л», а по меньшей мере полноценными осмысленными фразами. Над философским «Momentomori» скала исписана строчками из любовной лирики Маяковского. Но окончательно меня покоряет строфа из Данте: «Я поднял взгляд очей. Казалось, твердь ликует их огнями; О, северная сирая страна, где их сверканье не горит над нами!» Похоже, у кого-то в атмосфере этого места возникли ассоциации с Чистилищем. Надо, кстати, посчитать ярусы этого кругового лабиринта. Вдруг их семь?

– Осторожнее, спуск — самое сложное. Работают другие группы мышц, да к тому же усталость накопилась уже нешуточная. Сударыня, старайтесь наступать на те камни, что покрупнее — они не покатятся под вашей ножкой, — слышится из-за останца, а вскоре показывается аккуратно идущая на спуск группа туристов под предводительством велеречивого экскурсовода. Он замечает меня, расплывается в улыбке, подходит поздороваться.

– Наиль, — представляется он, протягивая руку. — Рад приветствовать в наших катакомбах. Место, не лишенное романтики, где, впрочем, любой найдет что-то привлекательное для себя. Не отвлеку ли я вас беседой от мыслей о вечности?

– Мне кажется, я знаю, кто сочинил львиную долю сказок про Тельбес, — смеюсь я, вспоминая, как мне обещали рассказать страшилки про инопланетян.

– Здесь скучно, — кивает Наиль. — Я люблю проводить здесь лето, хотя и не отношу себя к местным жителям. Из развлечений здесь тайга, самогон и книги. Хорошие книги я выучил почти наизусть, плохие читать мне лень. А вот экскурсии дают ощущение живого общения. Хоть и ненадолго.

Подопечные Наиля тем временем достигают кромки озера. После нескольких часов прогулки по камням купание представляется логичным продолжением приключений.

– А они уже знают сказку о том, что было на глубине?

Наиль смотрит на солнце, прищурившись, и расплывается в широкой улыбке:

– Сегодня жарко. А я на удивление склонен к великодушию. Пусть искупаются спокойно. Страшные сказки лучше рассказывать под занавес. А еще лучше — на закате. Тогда эффект от пережитого не будет смазан суетой.

– А какая на самом деле глубина у этого озера?

– Это бездна, — очень серьезно и убежденно кивает мой собеседник.

«Даже капризной рыбе понравится» Далее в рубрике «Даже капризной рыбе понравится»Как на шахте в Кемеровской области очищают воду Читайте в рубрике «Титульная страница» Зураб Соткилава: «Смерти нет!»Ушел человек-легенда, подаривший минуты подлинного счастья любителям оперы Зураб Соткилава: «Смерти нет!»

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Анализ событий России и мира
Подпишитесь на «Русскую планету» в социальных сетях. Только экспертный взгляд на события
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»